СТРАХОВОЙ КОНСАЛТИНГ:

<<ПУБЛИКАЦИИ>> <<МЕТОДИЧЕСКИЕ МАТЕРИАЛЫ>> <<ИНТЕРВЬЮ И КОММЕНТАРИИ>> <<ОБ АВТОРЕ>>


Мария Жилкина, "Русский полис" № 2 - 2004 г., с.22-23.

"ЖИЗНЕННЫЙ" ВОПРОС

Есть ли в России классические продукты страхования жизни?

Недостатки практики страхования жизни в России не обличает сегодня только ленивый. Тем не менее продуктовое предложение этой отрасли исподволь развивается. Цель сегодняшнего обзора страховых продуктов – показать, что на нашем рынке есть не только «серые схемы». Но и для физических лиц, желающих приобрести классическое накопительное страхование, двери страховых компаний не закрыты.

В рамках проведенного «Русским полисом» экспертного опроса 10 московских компаний* отвечали на предложенные вопросы, касающиеся условий добровольного индивидуального страхования жизни. Респондентам, в частности, было предложено прокотировать стоимость 3 вариантов накопительного страхования физических лиц.

Ответы респондентов по первому варианту – о простейшем страховании на дожитие – показали удивительное единодушие. Помимо того, что такое страхование всеми ими проводится, к тому же на примерно одинаковых условиях, и с точки зрения стоимости страхования ответы не сильно расходятся. В отличие от всех ранее анализировавшихся нами в обзорах продуктов, цена которых серьезно различалась, тарифный разброс здесь составляет не более 15% от взноса (за исключением одной компании, указанные которой расценки здесь и далее отличались от общей статистики на существенную величину, выводящую ее из статистического ряда). Для России – это редкость даже по накопительному страхованию, где уровень тарифов мало зависит от размера нагрузки страховщика и увязан на формирование актуарно определяемой величины накопленного математического резерва. А вот на утомленном стандартизацией Западе цена подобных продуктов вообще может различаться у разных операторов не более чем на единицы, а то и доли процентов.

Ответы же по второму варианту несколько озадачивают. Во-первых, у некоторых компаний продуктов страхования пожизненной ренты вообще нет в принципе. Как при таком подходе страховщики собирались участвовать в пенсионной реформе – загадка, выходящая за рамки проблематики данной статьи. Во-вторых, тарифный разброс оказался настолько велик, как будто в их основе лежат вовсе и не актуарные расчеты, а острейший ценовой конкурентный конфликт. Чего в секторе страхования жизни, вообще-то говоря, быть не должно.

Третий же вариант хотя и демонстрирует чуть больший разброс цен, чем первый, но картина в целом сходная с ним.

Условия и условности

Все опрошенные компании предоставляют клиенту возможность единовременной или рассроченной уплаты страхового взноса, обладают продуктами с единовременными или рассроченными выплатами страхового обеспечения и предусматривают выплаты выкупных сумм по требованию страхователя – полный стандартный пакет условий страхования жизни.

Насчет возможности включения в полис рисковой составляющей (риска несчастного случая - с текущими выплатами по травмам) выяснилось, что это классическое условие есть не у всех. Чем оно, спрашивается, помешало – удорожанием ли тарифа или необходимостью изъятия накопленных денег из оборота для промежуточных выплат – остается только догадываться. Ведь включение этого риска считается весьма привлекательным маркетинговым ходом, клиент при такой программе реально видит себя или своего ребенка всесторонне защищенным.

Требование о минимальной страховой сумме на одного застрахованного в половине опрошенных компаний не применяется. Правда, в одной из них взамен этого применяется ограничение по сумме годового взноса - не менее 300 долл. Порядок определения максимального размера страховой суммы в целом не отличается от схемы, принятой в страховании от несчастных случаев, анализировавшейся нами в прошлом номере журнала.

Что касается медицинского андеррайтинга, то, в отличие от рискового страхования от несчастного случая, в накопительном страховании жизни он проводится значительно более строго. Связано это, с одной стороны, с тем, что в перечень страховых случаев входит смерть застрахованного лица по любой причине. А с другой стороны, случаи добровольной явки гражданина в компанию с целью застраховаться на долгий срок и большую сумму – все же такая редкость в современной российской практике, что страховщику поневоле приходится быть бдительным: не мошенник ли к нему пожаловал?

В области профилактики мошенничества и более тяжких уголовных преступлений в сфере страхования жизни в целом условия всех компаний отражают стандартную картину безразличия. В большинстве компаний в пользу самого застрахованного лица его может застраховать кто угодно (в том числе, естественно, наследники). При этом подлинность подписи застрахованного на заявлении о страховании в пользу третьих лиц если и проверяется, то, как правило, исключительно по ксерокопии его паспорта, да и то уже после наступления страхового случая. И только одна из опрошенных компаний указала, что застрахованный подписывает документы по страхованию в присутствии представителя страховщика.

Ситуация опять же идентичная страхованию от несчастных случаев: с одной стороны, прямого требования проверять наличие страхового интереса при заключении договора личного страхования гражданское законодательство не содержит. А формально, в пользу самого застрахованного вообще можно страховать даже жизнь президента и других публичных фигур, без всякого их на то согласия. Однако если речь не идет о знаменитостях, а простых людях, то даже формальная проверка подлинности подписи застрахованного под его согласием на страховании в пользу третьего лица (в том числе страхователя) по ксерокопии паспорта мало что дает. Прецедент, вошедший в анналы российского уголовного права, мы уже рассматривали на страницах «Русского полиса» - об убийце, подделавшем подпись жертвы под таким заявлением на страхование. Да и в прочих условиях дополнительную защиту от недобросовестных страхователей, по сравнению с минимальными требованиями ГК, мало кто из страховщиков применяет.

Лучше меньше…

Ссуды страхователям в течение срока договора страхования жизни предусмотрены условиями менее трети опрошенных компаний. И это достаточно странно: предоставление ссуд - классическое условие, всегда активно практиковавшееся не только компаниями - мировыми лидерами страхования жизни, но и Госстрахом СССР. Понятно, что сегодняшнее налоговое законодательство и практика страхового надзора к выдаче ссуд, мягко говоря, не располагает. Однако совсем отказываться от этого инструмента, позволяющего сохранить действующий страховой договор, даже если у страхователя возникли временные финансовые затруднения или потребность в деньгах на иные цели, все-таки несколько преждевременно.

Получается, что если абстрагироваться от невнимания к маркетинговому продвижению подобных продуктов и объективно сложной для этого рынка макроэкономической ситуации, то классика в России есть, хотя бы в виде готовых к употреблению продуктов. Но, что расстраивает – есть классика, и только она. Ни отдельных предложений для различных целевых сегментов рынка и клиентских групп, ни специфических для них способов продвижения и рекламных ходов, ни вообще маркетинга как такового в секторе продуктов по страхованию жизни не наблюдается.

Конечно, удобно прятаться за расхожее утверждение: «Нет спроса!» Но ведь и предложения, развернутого и дифференцированного, оказывается, тоже нет. Спрос на накопительное страхование в западном мире был явлением, так сказать, «рукотворным», созданным усилиями страховых агентов, продавцов и маркетологов. Аналогичных усилий со стороны наших операторов пока не наблюдается. Про финансовую сторону операций по страхованию жизни вообще промолчим – это тема для отдельного исследования. Подводя итог, скажем только одно: спрос спросом, но важно, чтобы и страховщики не оказались в ситуации, когда «клиент созрел», а предложить-то ему и нечего…


Все материалы, представленные на сайте, являются собственной разработкой автора и защищаются авторским правом. Воспроизведение любым способом без ссылки на источник - запрещается


Другие публикации
На Главную
Rambler's Top100