СТРАХОВОЙ КОНСАЛТИНГ:

<<ПУБЛИКАЦИИ>> <<МЕТОДИЧЕСКИЕ МАТЕРИАЛЫ>> <<ИНТЕРВЬЮ И КОММЕНТАРИИ>> <<ОБ АВТОРЕ>>


Опубликовано с редакторскими изменениями: Журнал «ЭнергоРынок» № 2 - 2012 г.

Мария Жилкина, Руководитель аналитического центра Медиа-Информационной Группы «Страхование сегодня», к.э.н.

Страхование объектов ТЭК: новые правила

(авторский вариант)

С 1 января 2012 года в силу вступают нормы нового закона 256-ФЗ от 21.07.2011 «О безопасности объектов топливно-энергетического комплекса», обязывающие владельцев этих объектов страховать ответственность за вред от аварий, произошедших в результате теракта или диверсии. Новация вступает в силу одновременно с другим ключевым законом - Федеральным законом «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте» №225-ФЗ от 27.07.2010, также покрывающим риск ответственности перед третьими лицами при чрезвычайных событиях на объектах повышенной опасности. В данной статье мы попытаемся проанализировать, какие условия реализации новых законодательных норм в энергетической отрасли есть в нашей стране сегодня и какие проблемы возможны при организации практической работы по данному страхованию.

До недавнего времени страхование объектов топливно-энергетического комплекса от террористических рисков осуществлялось на добровольной основе. Включение риска «терроризм» в стандартные договоры ответственности осложнялось тем, что с позиции теории права, возмещать ущерб от террористических действий должно государство, обязанное на своей территории гарантировать безопасность и защиту граждан, а не владелец объекта, пострадавшего от террористического акта и ставшего непосредственной причиной причинения ущерба жизни и имуществу людей.

В западной практике террористический риск относят к числу стандартных исключений из договора страхования, и для покрытия их страхованием требуются специальные условия и оговорки. В российской практике последнего десятилетия риск террористического акта стал фактически стандартной составляющей покрытия по добровольному страхованию имущества.

Что же касается договоров страхования ответственности, там террористические риски и у нас были исключением. Причем противники его включения в покрытие резонно настаивали на том, что компенсация данного вида ущерба – обязанность государства. Перекладывая же ответственность на владельцев объектов и их страховщиков, государство, тем самым, как бы расписывается в своей неспособности противостоять терроризму и обеспечивать безопасность в стране.

Однако после взрыва на Баксанской ГЭС, случившегося в июле 2010 года, ущерб от которого оценен в сумму более 800 млн.руб., государственные органы начали активную работу по пересмотру законодательного регулирования данного вопроса. В результате было принято решение сделать страхование от рисков «терроризм» (статья 205 Уголовного Кодекса РФ [В ст.205 УК РФ под «террористическим актом» понимается «совершение взрыва, поджога или иных действий, устрашающих население и создающих опасность гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных тяжких последствий, в целях воздействия на принятие решения органами власти или международными организациями, а также угроза совершения указанных действий в тех же целях».]) и «диверсия» (статья 281 УК РФ [В ст. 281 УК РФ под «диверсией» понимается «совершение взрыва, поджога или иных действий, направленных на разрушение или повреждение предприятий, сооружений, объектов транспортной инфраструктуры и транспортных средств, средств связи, объектов жизнеобеспечения населения в целях подрыва экономической безопасности и обороноспособности Российской Федерации»]) обязательным для объектов топливно-энергетического комплекса.

Теперь, согласно статье 15 «Страхование ответственности за причинение вреда в результате террористического акта на объекте топливно-энергетического комплекса» Федерального закона 256-ФЗ от 21.07.2011 «О безопасности объектов топливно-энергетического комплекса», субъекты топливно-энергетического комплекса, владеющие на праве собственности или ином законном праве объектами топливно-энергетического комплекса, которые отнесены к объектам высокой категории опасности, обязаны страховать ответственность за причинение вреда жизни, здоровью или имуществу третьих лиц в результате аварии на объекте топливно-энергетического комплекса, возникшей в связи с террористическим актом или диверсией. При этом предполагается, что конкретные условия страхования будут прописаны в Правилах страхования страховых компаний (в том числе, возможно, стандартных, единых для всего рынка, но пока никакой информации о том, что такой документ разрабатывается, опубликовано не было).

Состояние страхового поля

Что же собой представляет потенциальное страховое поле в данном виде страхования? События на Саяно-Шушенской ГЭС, повлекшие беспрецедентные экономические последствия, показали, что состояние российских (унаследованных от СССР) энергетических объектов далеко от идеального, и это подчеркивает важность развития страхования. Фактически, данная авария была последней каплей, подтолкнувшей принятие закона по обязательному страхованию ответственности владельцев опасных объектов, до этого много лет откладывавшегося. Государство, наконец, осознало важность страхования этих рисков. Кроме того, в ходе осуществления выплат по авариям последних лет не только государство, но и общество, граждане и предприятия, смогли наглядно увидеть, как работает страхование, и оценить его реальную необходимость и эффективность.

Но и новый закон, и последовавшее за аварией СШГЭС усиление мер контроля со стороны государства в сфере безопасности эксплуатации подобных объектов все равно не решило проблему. Износ и неудовлетворительное состояние оборудования, неналаженность безопасной эксплуатации основных фондов в энергетике остается одной из ключевых угроз национальной экономики.

По сведениям Ростехнадзора, в России в 2009 году было зарегистрировано 324 комплекса гидротехнических сооружений на объектах топливно-энергетического комплекса, поднадзорных Ростехнадзору, в том числе 113 ГЭС, 61 ГРЭС, 138 ТЭЦ, 3 ГАЭС, 9 АЭС [http://www.protown.ru/information/hide/7909.html]. При этом в России до сих пор работают гидроэлектростанции, построенные в конце 30-х годов. Износ основных фондов оценивается, в среднем, в более 50 % (а по ряду объектов – более 80 %). Обновление оборудования и ввод новых мощностей ведется крайне низкими темпами, а качество эксплуатации и ремонта подчас оценивается страховщиками, при оценке рисков энергетических предприятий, как неудовлетворительное. Серия отставок топ-менеджеров энергетических предприятий также подтверждила, что Правительство не устраивает положение дел в данной отрасли.

В наиболее рисковой сфере электроэнергетике - генерации - износ основного энергетического оборудования по тепловым электростанциям составляет в среднем 83,9%, а по гидроэлектростанциям - 97,4%, при этом, по экспертным оценкам, не более чем 10% энергокомпаний имеют полностью укомплектованный штат квалифицированных работников для выполнения регламента планово-предупредительных работ. [А.Ю.Лайков. «В России законодательство об обязательном страховании за счет средств потребителей разрабатывается и реализуется без их участия и учета их интересов». Журнал «Энергорынок». 2011. № 10 (93). c.68-71]

По заявлениям министра энергетики РФ Сергея Шматко, российские компании топливно-энергетического комплекса (ТЭК) в ближайшие несколько лет направят на свое развитие 8,5 трлн. рублей, из них 3,2 трлн. рублей будут направлены на приобретение современного оборудования. В планах энергокомпаний на 2011-2012 г. предусматривается увеличение инвестиции в научно-технические исследования и разработки в 5 раз [http://minenergo.gov.ru/]. Но с учетом того отставания, которое сформировалось в прошлые годы, быстро изменить ситуацию к лучшему вряд ли удастся.

С другой стороны, уровень проникновения страхования у предприятий энергетики остается одним из самых высоких в российской промышленности. В том числе это относится к защите по риску «терроризм». Специалисты оценивают уровень проникновения страхования данного риска в электроэнергетике примерно в 80%, говоря, что «оно уже практически стало стандартом» [А.Гульченко «РАТСП – оперативные ответы на требования времени». Интервью порталу «Страхование сегодня», 5 апреля 2011 г. ( http://www.insur-info.ru/interviews/713/ )]. В нефтяном секторе рост проникновения сдерживается определенными трудностями с перестрахованием на Западе, где стандарты покрытия террористический риск не включают, но и здесь уровень проникновения данного страхования тоже достаточно высок.

Особенности страхования и перестрахования

Специфика определения объекта страхования по данному виду страхования требует уточнения, поскольку два одновременно законами 225-ФЗ и 256-ФЗ вводимых вида обязательного страхования ответственности владельцев за причинения вреда, на поверхностный взгляд, кажутся близкими. Поэтому здесь необходимо пояснить следующее.

Согласно ст. 2 п. 9 закона 256-ФЗ «объекты топливно-энергетического комплекса - объекты электроэнергетики, нефтедобывающей, нефтеперерабатывающей, нефтехимической, газовой, угольной, сланцевой и торфяной промышленности, а также объекты нефтепродуктообеспечения, теплоснабжения и газоснабжения». Страхование объектов ТЭК может осуществляться как на стадии строительства, так и на стадии эксплуатации данного объекта. Договор страхования должен покрывать риск ответственности перед третьими лицами за вред, причиненный им в результате аварий на объекте ТЭК, причиной которого является террористический акт или диверсия.

И данное страхование в принципе не имеет пересечений с обязательным страхованием ОПО, хотя страхователь может быть один и тот же. Страхование ОПО по закону 225-ФЗ покрывает риск ответственности перед третьими лицами при эксплуатации опасных объектов, в том числе относящихся к ТЭК, но риски терроризма и диверсии являются в нем исключениями. Владельцы ОПО-страхователи из других отраслей эти риски страховать не обязаны, хотя и могут приобрести расширение договора на риски терроризма и диверсии в добровольном порядке. А для объектов ТЭК покрытие риска ответственности за причинение вреда в результате терроризма и диверсии установлено законом 256-ФЗ как обязательное.

При приеме на страхование страховщики также вынуждены учитывать специфику организации перестрахования данных рисков. Поскольку на данном страховом поле речь идет о возможности крупнейших убытков предприятий энергетики, исчисляемых сотнями миллионов долларов, без перестрахования говорить о реальной финансовой защите предприятий не приходится. Безусловно, есть определенные трудности с размещением таких крупных рисков на национальном рынке. Даже та облигаторная схема, которая предложена в пуле Национального союза страховщиков ответственности (НССО) для рисков ОПО, полностью проблемы перестрахования не решает. Для террористических рисков ТЭК и такой схемы не предусмотрено, хотя есть возможности добровольного перестрахования через Российский антитеррористический страховой пул (РАТСП). Но все же без привлечения западного перестрахования, принимать крупнейшие подобные риски национальный рынок пока не готов.

Международное перестрахование крупных промышленных рисков – развитая и отлаженная система, возможно, не всегда устраивающая цедентов с точки зрения цены и оперативности урегулирования убытков, но тем не менее, работающая и обеспечивающая должную финансовую надежность. Мировой перестраховочный рынок имеет опыт урегулирования убытков в электроэнергетике, сопоставимых по масштабу с нашей Саяно-Шушенской ГЭС (урегулированы события в США и Южной Америке, сейчас проводится урегулирование случая землетрясения в Японии). В этой связи нам ценны не только емкости, но и опыт международных перестраховщиков, а также их сюрвейерских и аджастерских структур. Вряд ли стремление оставить все риски внутри национального рынка будет способствовать повышению качества защиты для страхователей и потерпевших. Однако мешают зарубежному перестрахованию два фактора: в отношении стратегических объектов энергетики могут действовать ограничения на работу с информацией, являющейся гостайной, кроме того, надо каким-то образом решать вопрос с оговоркой в западных договорах, исключающей риски терроризма из покрытия, о которой мы говорили выше.

Остается открытым и вопрос о статистическом обосновании применяемых страховых тарифов. Понятно, что сведения о числе и последствиях терактов в прошлые годы не могут быть основой для достоверного расчета тарифа. Опираться при тарификации на стоимость перестрахования за рубежом по вышеназванным причинам также не получится. Следовательно, пока это вопрос открытый, и возможно, государству, по аналогии с ОПО, следовало бы выработать единые тарифные ставки, или хотя бы рекомендуемые либо минимальные и максимальные тарифы в целях недопущения неадекватной ценовой конкурентной борьбы среди страховщиков.

ЛИТЕРАТУРА:

Федеральный Закон № 256-ФЗ от 21.07.2011 «О безопасности объектов топливно-энергетического комплекса»

Федеральный Закон № 225-ФЗ от 27.07.2010 «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте»

«Антитеррористическая защищенность объектов ТЭК будет усилена» // «Российская газета»-www.rg.ru, 13.07.2011.

Гульченко А. С. «РАТСП – оперативные ответы на требования времени». Интервью порталу «Страхование сегодня», 5 апреля 2011 г. ( http://www.insur-info.ru/interviews/713/ )

Лайков А.Ю. «В России законодательство об обязательном страховании за счет средств потребителей разрабатывается и реализуется без их участия и учета их интересов». Журнал «Энергорынок». 2011. № 10 (93). С.68-71.

Мумин М.В. «Страхование в энергетике – перспективы развития и роль брокеров» Интервью порталу «Страхование сегодня», 24 мая 2011 г. http://www.insur-info.ru/interviews/725/

Официальные интернет-сайты Министерства энергетики РФ, МЧС, Ростехнадзора и др.


Все материалы, представленные на сайте, являются собственной разработкой автора и защищаются авторским правом. Воспроизведение любым способом без ссылки на источник - запрещается


Другие публикации
На Главную
Rambler's Top100